Империализм

[kaipa]

Наблюдая за мировыми событиями последних месяцев, все больше ловлю себя на мысли, что советские штампы-страшилки об империализме были недалеки от истины.





Это я про бедную Ливию, если кто не понял, хотя она лишь верхушка айсберга американской стратегической политики и лакмусовая бумажка, показывающая, кто есть кто. Но если раньше хотя бы можно было противопоставлять "нас" и "их", то теперь о "нас" остались лишь светлые или темные, у кого как, воспоминания. И совершенно непонятно, откуда возьмется сила, которая восстановит мировой баланс.

Мир толкают в управляемый хаос. XX век и вся история человечества покажется "мирной", по сравнению с XXI.

"<...> То озверелые людоеды пожирали более цивилизованное племя перед его заботливо украшенными и отделанными пещерами. То на фоне горящих городов ассирийские завоеватели избивали детей и стариков, насиловали женщин перед толпой зверски скрученных мужчин, привязанных к колесницам за ремни, продетые сквозь нижние челюсти. Нескончаемой вереницей проходили горящие селения, разграбленные города, вытоптанные поля, толпы истощенных людей, гонимых как стадо. Нет, никакой скотовод никогда не обращался так со своими животными. Совершенно очевидно, что человек ценился куда меньше скота. Более того, люди постоянно подвергались садистским мукам. Их медленно перепиливали пополам на площадях Китая, рассаживали на кольях по дорогам Востока, распинали на крестах в Средиземноморье, вешали на железных крючьях, как освежеванные мясные туши.

Техника массовых истреблений непрерывно «совершенствовалась». Отсечение голов, костры, кресты и колья не могли уничтожить скопления людей в завоеванных городах. Людей стали укладывать связками в полях, и конные орды скакали по ним. Копьями и саблями гнали обезумевшие толпы в горы, сбрасывая их с крутых обрывов. Заставляли выкладывать из живых людей стены и башни, переслаивая ряды тел пластами глины. Из этой фантасмагории массовых истреблений, в которых самым поразительным была абсолютная покорность человеческих масс, загипнотизированных силой победителей, Фай Родис запомнилась сцена падения Рима. Гордые римлянки с их детьми пытались найти убежище на Форуме. Беззащитные, лишенные привычной опоры отцов, мужей, братьев, перебитых в бою, — девочки, девушки, женщины и старухи в оцепенелом безвыходном отчаянии смотрели на приближающуюся толпу гуннов или германцев, опьяненных победой, с окровавленными топорами и мечами. Эта незабываемая сцена, поставленная искусным художником, стала для Родис олицетворением одной из ступеней инферно.

Как бы отвечая на сострадание Родис, фильм сменился перечислением преступлений римлян, доказывая справедливость возмездия, к сожалению, так редко настигавшего преступные государства и народы в ходе исторического процесса.

Из всех падений человека в дальнем и недавнем историческом прошлом деградация римлян не имела себе равных, разве в Германии в эпоху фашизма. Римляне, столь высоко возносившие себя над «варварами», сами были наихудшими дикарями в обращении с людьми.

Потакая самым низменным инстинктам, правители Рима превратили своих граждан в невежественную садистскую толпу, ненасытную в требовании «хлеба и зрелищ». Жестокость и полное отсутствие сострадания сделали мучения человека развлечением, а полное отсутствие представления о достоинстве иноплеменников и иноверцев создали атрофию совести и благородства.

Еще в дохристианский период римляне начали практиковать в цирках, как специально построенных для этой цели, так и в перестроенных греческих театрах, зрелища кровавых сражений людей с дикими зверями или между собою. Обычай этот, возрастая до чудовищных избиений, продолжался более пятисот лет, до эдикта императора Константина, запретившего игры с убийством людей.

Обычное притупление сильных ощущений заставляло императоров и консулов наращивать число убийств и разнообразить приемы.

Помпей отпраздновал свою победу, устроив венацию, или «охоту» в цирке. За пять дней игрищ было убито шестьсот львов и тысяча четыреста человек.

Император Тит, строитель огромного цирка в Риме — Колизея, истребил девять тысяч зверей и двенадцать тысяч людей. В первый же день погибло семь тысяч человек и пять тысяч зверей. Христиане, зашитые в звериные шкуры или привязанные к столбам, были пожираемы заживо под улюлюканье и вой пятидесяти тысяч зрителей — так называемых свободных граждан великого города.

Император Траян погубил двадцать четыре тысячи человек и одиннадцать тысяч зверей. Слоны, бегемоты, львы, леопарды, медведи, гиены, крокодилы, тигры, кабаны — все гибло на потеху осатанелых толп. Тысячи нагих женщин, совсем юных девушек и детей были растерзаны на аренах хищниками, растоптаны слонами, носорогами и дикими быками.

Император Пробус насадил лес на арене Колизея и устроил «охоту» из ста львов, двухсот леопардов и трехсот медведей. Люди-«охотники» должны были убивать хищников короткими копьями. На следующий день были убиты три тысячи кабанов, оленей и страусов.

Император Гордиан устроил празднование с тысячей медведей, а в день тысячелетия Рима две тысячи гладиаторов погибли на арене. Подобные представления, конечно, были не в одном Риме, а во всех больших городах.

Не меньшую бесчеловечность и духовную деградацию проявляли римляне и при своих завоеваниях. Вместо уважения к мужеству и геройскому сопротивлению своих врагов они учиняли подлую расправу над безоружным мирным населением, сгоняя побежденных вместе с семьями, детьми и стариками в рудники и каменоломни, где они медленно умирали в нечеловеческих условиях, не имея воды для умывания, жилищ и постелей. Христиане и евреи подвергались особенно жестокому обращению. Когда римские легионы подавили восстание в Иудее, то все ее население согнали в африканские каменоломни. Мужчины были кастрированы, ослеплены каленым железом на один глаз и в цепях, с клеймом на лбу должны были ломать знаменитый нумидийский мрамор для великолепных римских построек. Если представить себе колоссальное количество мрамора, употребляемое на форумы, дворцы, храмы, акведуки и даже дороги, то океан человеческих страданий не может не вызвать в душе каждого настоящего человека отвращение и ненависть к неисправимому прошлому.

Такова была величественная цивилизация, оставившая гордые надписи «Глория Романорум» (Слава Римлян), которую народы Европы на протяжении многих веков считали недосягаемым образцом.

Возмездие, как всегда, пришло поздно и обрушилось, как обычно, на невинных. Но и гораздо более поздние государства тоже состязались в жестокостях. Французские короли, носившие подчас гордые прозвища, вроде Короля-Солнце, с неимоверной дикостью расправлялись с иноверцами — тоже французами. Скованных одной цепью по нескольку сот человек, их гнали на галеры Средиземного моря, где в ужасающих условиях, абсолютно нагие, прикованные к скамьям, они трудились на веслах пожизненно, не имея за собой никакой вины. Каждая галера нуждалась в 300–400 гребцах, а этих судов были тысячи на Средиземном море, в том числе и арабских, на которых мучились рабы-христиане.

Наиболее кровожадный султан Марокко Мулай-Измаил запер в своем гареме восемьдесят тысяч пленниц. Не отставали от этих владык и африканские царьки и царицы. Чтобы почтить смерть королевы черного народа Ашанти, три тысячи пятьсот рабов были убиты отсечением рук и ног, часть сожжены живьем. Перед этими жестокостями бледнеют древнейшие погребения царей, вроде фараона Джера, на могиле которого были убиты 587 человек, или скифских вождей на Кубани и в Причерноморье, с массовыми избиениями людей и лошадей на курганах, обильно поливающих кровью ничтожные останки.

Жемчужина древней культуры — Эллада, ставшая козьим пастбищем в начале Темных Веков; развалины еще более древней цивилизации морских народов Крита; стертая копытами азиатских полчищ культура Древней Руси; колоссальные избиения аборигенов Южной Африки вторгшимися с севера племенами завоевателей — все это, уже знакомое, не вызывало новых ассоциаций. <...>. Массовые избиения приняли еще более чудовищный характер, соответственно увеличению населения планеты и могучей технике. Громадные концентрационные лагеря — фабрики смерти, где голодом, изнуряющим трудом, газовыми камерами, специальными аппаратами, извергающими целые ливни пуль, люди уничтожались уже сотнями тысяч и миллионами. Горы человеческого пепла, груды трупов и костей — такое не снилось древним истребителям рода человеческого. Атомными бомбардировками за несколько секунд уничтожались огромные города. Вокруг нацело выжженного центра, где сотни тысяч людей, деревья и постройки погибали мгновенно, располагался круг разрушенных зданий, среди которых ползали ослепленные, обожженные жертвы. Из-под обломков несся нескончаемый вопль детей, призывавших родителей и моливших о воде. И снова шли сцены массовых репрессий, перемежавшихся с битвами, где тысячи самолетов, бронированных пушек на суше или кораблей с самолетами на морях сталкивались в сплошном шквале воющего железа и гремящего огня. Десятки тысяч плохо вооруженных солдат упорно, напролом лезли на сплошную завесу огня скорострельного оружия, пока гора трупов не заваливала укрепления, лишая противника возможности стрелять, или же его солдаты не сходили с ума. Бомбардировка городов, где храбрые люди прошлого фотографировали рушащиеся и горящие здания. Обреченные на смерть летчики-самоубийцы мчались сквозь завесу снарядов и разбивались о палубы гигантских кораблей, вздымая огненные смерчи, летели вверх люди, орудия, обломки машин. Подводные корабли неожиданно появлялись из глубин моря, чтобы обрушить на врагов ракеты с термоядерными зарядами…"

Иван Ефремов. Час Быка.

Comments

[ushastyi.livejournal.com]

Ну это была ретроспектива насилия именно с точки зрения современного человека. С точки зрения современников, многие вещи были вполне нормальными. Цена человеческой жизни сейчас выросла, не всякой, правда, а "цивилизованной" и лояльной.

Ну а лапша -- да, но можно попытаться ее снимать.
http://putnik1.livejournal.com/tag/восточные%20напевы

Неоднократно официальная лапша оказывалалсь лапшой. В этом журнале на регулярной основе такая лапша разоблачается, когда сначала очередную новость трубят по всем мировым СМИ, она вяло опровергается ливийским официозом, а через день-два выясняется, что "новость" была вбросом, а ливийцы не врали.

[fregimus.livejournal.com]

Ну да, Женевской конвенции у римлян не было, это факт. Кажется, будто Вы ведете некий линейный отсчет развития человечества, и «тогда» и «сейчас» — точки на этой шкале. Это, конечно, поможет быстро договориться со своим желанием знать, но от понимания в иных случаях уведет. Почему римская знать с такой охотой бросалась на собственный меч, какую можно увидеть только в современной Японии? Говорит ли это о низкой цене жизни — или о чем-то ином? А для иных смерть на арене была единственным способом восстановить воинскую честь. И как тут сравнивать, когда это понятие исчезло из понятийного лексикона современного человека? Жизнь будто бы полагалась такой дешевой, что была даже дешевле некоей абстрактной «чести»? Видите, как портятся понятия, и это я выбираю очень простой пример: что такое честь, мы с Вами еще можете себе представить, пусть это будет даже не совсем одно и то же (честь Пушкина и честь Цезаря — отнюдь не одно и то же понятие). Нет, одной простой мерки для сравнения тут не найти.

Насчет того, что журналы и газеты мира договорились меж собой, а правду говорит лишь человек, широко известный узким кругам под инициалами Л. В., он же putnik1 — ну что ж, это мнение, которое, как мы знаем, равноценно любому другому. Я ж говорю: не имеет никакого смысла спорить о достоинствах отдельно взятой лапши.

[ushastyi.livejournal.com]

Вообще, это не я виду, это был отрывок из "Часа Быка" Ефремова, и он как раз был иллюстрацией насилия в истории Земли. Вы говорите о чести, но приведенные примеры -- это убийства, как ни посмотри.

У Л.В. не только говорит, но и транслирует разговоры других, чем в первую очередь и интересен. Вы можете показать на примере, где он вешает лапшу?

[fregimus.livejournal.com]

Да, я об этом и говорю: если все упростить, выкристаллизовать до одного параметра, то можно создать у себя иллюзию быстрого и точного понимания. Убийство — плохо — Рим бяка.

Где он вешает лапшу, Вы мне сами сказали: в своем блоге. Я о нем от Вас впервые услышал. Или я вопроса не понимаю? Я же говорил уже: понять историческую ситуацию можно только до определенного предела, и то лишь по всем источникам сразу. Изучать историю Рима по Ливию, а историю конфликта в Ливии по блогу Л. В. — это только себя обделить. Но тоже может создать иллюзию простого понимания.

[ushastyi.livejournal.com]

Вы можете привести пример, когда убийство не в бою -- это хорошо? Я понимаю Ваше возражение про упрощение, конечно, но вряд ли оно меняет суть данного примера.

Про Л.В. -- мне показалось по Вашей характеристики "хорошо известный в узких кругах", что он Вам известен. Но не суть, что он пишет в журнале, а интересно, как я уже отмечал, на что он ссылается. А ссылается он на материалы с обеих сторон конфликта, и в противопоставлении пытается понять, что там на самом деле происходит. Можно считать это лапшой, а можно пройти по ссылкам, и сделать соответствующие выводы.

[fregimus.livejournal.com]

Гладиаторы на арене все-таки бились. Это тоже упрощение, но ненастоящий бой был публике неинтересен, так что просто публичные казни не были гражданами так поощряемы, как честный гладиаторский бой.

Цицерон, как известно, игр не любил — как и положено стоику, почитал их излишеством. Еще он был едва ли не пацифистом — военных дел он старался по возможности избегать. (См., напр., Ad. Fam. 7.1). Но вот что он говорит об играх: crudele gladiatorum spectaculum et inhumanum non nullis videri solet, et haud scio an ita sit, ut nunc fit. cum vero sontes ferro depugnabant, auribus fortasse multae, oculis quidem nulla poterat esse fortior contra dolorem et mortem disciplina. (Cic. Tusc. II, 42 fin) «Многим гладиаторские игры видятся грубыми и бесчесловечными и, не могу не согласиться, таковы они и есть в нынешнем изводе. Но, если мы обратимся к тому времени, когда осужденные преступники скрещивали мечи, не было более поучительного зрелища храбрости, противостоящей страданиям и смерти». [В нынешнем изводе — во время Цицерона в играх участвовали и свободные наемники, в то время как в древности только осужденные «к арене»; свободный гражданин не мог быть осужден на гладиаторские бои. Ну и, конечно, Ц. любит побухтеть, насколько трава раньше была зеленее.]

Положение гладиатора, напротив, рассматривалось римлянами как возможность проявить достоинство, virtus. В этом смысле, положение это несколько противоречиво: осужденный на смерть преступник получал общественное одобрение и мог, в конце концов, заслужить освобождение и быть вновь принятым в общество. Многим пуристам, стоявшим на позиции «если Кирпич вор, то…», это не нравилось.

[ushastyi.livejournal.com]

Тем не менее, с точки зрения публики было понятно, что один из гладиаторов будет убит, так как бой настоящий. Они не знали какой, бой рассудит. Можно ли называть это не-убийством? Тем более, что выбора у них не было, отказаться нельзя.

А что Вы скажете об этих примерах, где поражает прежде всего не способ убийства, а масштаб и публичность:

"Император Тит, строитель огромного цирка в Риме — Колизея, истребил девять тысяч зверей и двенадцать тысяч людей. В первый же день погибло семь тысяч человек и пять тысяч зверей. Христиане, зашитые в звериные шкуры или привязанные к столбам, были пожираемы заживо под улюлюканье и вой пятидесяти тысяч зрителей — так называемых свободных граждан великого города.

Император Траян погубил двадцать четыре тысячи человек и одиннадцать тысяч зверей. Слоны, бегемоты, львы, леопарды, медведи, гиены, крокодилы, тигры, кабаны — все гибло на потеху осатанелых толп. Тысячи нагих женщин, совсем юных девушек и детей были растерзаны на аренах хищниками, растоптаны слонами, носорогами и дикими быками.

Император Гордиан устроил празднование с тысячей медведей, а в день тысячелетия Рима две тысячи гладиаторов погибли на арене. Подобные представления, конечно, были не в одном Риме, а во всех больших городах."

P.S. Кстати, прошу прощения за грамматические ошибки, в окончаниях, например. Случается, когда тороплюсь. Самому глаз режут.

[fregimus.livejournal.com]

Воинственность и пренебрежение к опасности и смерти было неотъемлемой частью римской культуры, о чем Цицерон и говорит. Анекдот о пожарном «как пожар, так хоть увольняйся» римлянину был бы не понятен — встретить опасность лицом к лицу полагалось достойной целью.

Кроме того, гладиатор вовсе необязательно будет убит — тем менее вероятно, чем он достойнее и красивее сражается. Особенно в императорскую эпоху, гладиаторов не хватало. Один из соперников признавал поражение, после этого публика на подиуме пальцы крутила. Это знаете, как если бы о футбольном вратаре после матча решали бы, оставить его в живых или нет. Думаю, что многие современные футбольные болельщики запросто проголосовали бы за убийство вратаря после некоторых матчей…

Обо всех примерах сходу не отвечу, это целое исследование. Я не помню, конечно, описаний каждой из игр. Они мне кажутся преувеличенными. Сходу скажу вот по этому: «Христиане, зашитые в звериные шкуры или привязанные к столбам, были пожираемы заживо под улюлюканье и вой пятидесяти тысяч зрителей — так называемых свободных граждан великого города». На самом деле, христиане на арену Колизея не попадали. Легенде о предании христиан зверям в Колизее не более 450 лет. Об этой истории можно прочитать в Католической Энциклопедии — по части христианских исследований это надежный вторичный источник:

http://www.newadvent.org/cathen/04101b.htm

Pope St. Pius (1566-72) is said to have recommended persons desirous of obtaining relics to procure some sand from the arena of the Coliseum, which, the pope declared, was impregnated with the blood of martyrs. The opinion of the saintly pontiff, however, does not seem to have been shared by his contemporaries… Thus in the Middle Ages no tradition existed in Rome which associated the martyrs in any way with the Coliseum; it was only in the seventeenth century and in the manner indicated, that it came to be regarded with veneration as a scene of early Christian heroism.

На арене отличались приговоренные, damnatii, которые бились со зверями и между собой, и «особо гадкие», noxii, которых использовали в театрализованных представлениях, где роль персонажа заканчивалась гибелью. Такое зрелище, как разрывание человека львами, конечно, римлянам было не особенно приятно. Записи о таких казнях есть, но они не были популярны среди публики. Римляне предпочитали театр и честную драку (с театральными элементами, конечно — хороший гладиатор не просто дрался, а дрался именно на публику).

[ushastyi.livejournal.com]

Звучит красиво, но ведь почти те же слова можно сказать и про нацистскую Германию. Воинственность, готовность отдать жизнь за фюрера, личная храбрость.. Совсем не обязательно, что военнопленный в концентрационном лагере будет убит. Если он сильный духом и здоровьем, то он выживет в естественном отборе сильных и здоровых. Достойные пленники (генералы, ученые) могут сами выбрать, жить в лагере или работать на благо процветания Рейха. Вот только зрителей маловато было.

Я, в общем-то, нейтрально отношусь к Риму. Время было жестокое, убивали много. Но "изобретение" Рима, как мне кажется, состоит в убийственном состязании ради удовольствия. Смертельная схватка не потому, что воин сражается за свой дом или правителя, а потому что на его победу или смерть кто-то поставил талант.

[fregimus.livejournal.com]

Ба, закон Годвина в действии! Да, то же самое можно сказать про фашистскую Германию. Сейчас, в этот самый момент, фашизм для нас с Вами — пугало, «ужас-ужас-ужас». Такова этика сегодняшнего дня. Однако, если бы Гитлер сосоосники победили в той войне, сегодняшняя этика была бы иной. Трудно представить себе, какой именно, но, во всяком случае, закон Годвина наверняка не действовал бы.

Более того, возвращаясь к теме, которую Вы начали: замените в Вашем первом абзаце «нацистскую Германию» на «сталинский СССР», а «военнопленных» на «репрессированных» и перечитайте — удивитесь! Возможно, формула слишком обща, и применима оттого к большинству человеческих обществ?

Вы, опять же, пытаетесь оценивать Рим, причем берете за точку отсчета современную этику. Эта операция неверна, она не имеет смысла, как сложение метров и орехов. Чтобы понять это, Вам нужно тщательно покопаться в современном обществе и найти что-то, что Вы не можете объяснить, а потом попытаться осознать эту невозможность. К примеру, для меня непонятен бокс как вид спорта и необъяснимо, что люди смотрят многосерийные телефильмы, или, как сейчас говорят, «сериалы». Казалось бы, выходят два человека — современных свободных человека — не рабы, не преступники, не пленники — и начинают бить друг друга тяжеленными перчатками по головам, хотя врачи давно уже сказали, что это ведет к травмам мозга и ранней и тяжелой смерти. Более того, толпа сидит в амфитеатре и восхищенно воет, глядя на это действо, хотя прекрасно понимает, что люди на ринге убивают друг друга. Понимаете — это невозможно уложить в сегодняшнюю этику, но это не просто есть, а еще и олимпийский спорт… Изобретение просвещенных греков, кстати, мочивших друг друга на ринге до смерти. Или тетки-домохозяйки, рыдающие 87-й час подряд (с перерывами, конечно) над отвратительно сыгранным действом без сюжета, да еще показанным через стеклянный аквариум. Невообразимо, правда, невозможно? А это тоже есть.

Эти явления есть, мы к ним привыкли, относимся более-менее нейтрально, не замечаем, можем на них поверхностно хмуриться, но не более — ощущения чего-то ужасного, несовместимого с цивилизацией они не вызывают. Тем не менее, они существуют и, если представить себе, что видишь их впервые, действительно поражают воображение. А дальнейшее рассуждение — таковы люди, ничего в этом особенного нет. Если человек родился в Риме, гладиаторские игры с ним с детства — он не будет тереть их на этической терке. Даже если бы у него и была иная терка, не римская — а у него и такой не было. Это уже совсем трудно себе вообразить, но можно попробовать. Вот, например, интересная фантазия на тему: http://ivanov-petrov.livejournal.com/1662381.html?thread=83233453#t83233453

[ushastyi.livejournal.com]

Не знал про закон Годвина. Значит, я проиграл :)

Вы все же меня, кажется, не понимаете. Я не оцениваю Рим. Я, в след за Ефремовым, лишь отмечаю факт массовых убийств ради удовольствия. Вне всякой этики. Точно так же я понимаю, что с точки зрения, скажем, англичан, индийцы были недолюдьми, и заморенные голодом многие миллионы бенгальцев (http://ru.wikipedia.org/wiki/Голод_в_британской_Индии) не отягощали и не отягощают их совесть. Но от этого убитые не перестают быть убитыми. И т.д.

Приведя тот самый отрывок как ретроспективу массовых убийств, я предостерег, что XXI век может стать еще более кровавым. Предпосылки к этому имеются. И мы сейчас находимся в той же самой ситуации, как, скажем, люди из 1911г, когда ничего еще не предвещало двух мировых войн, но что-то такое уже носилось в воздухе. Такое у меня внутреннее чувство. Рад бы ошибиться.

[fregimus.livejournal.com]

Да, я понимаю. Но, тем не менее, Вы исходите из того, что массовые убийства — плохо. Это уже этическая точка зрения. Она отнюдь не универсальна, как бы этого ни хотелось. Есть, например, другая: массовые убийства снижают перенаселнность, для общества это может быть не только хорошо, но и, в иных случаях, спасительно.

Но, в целом, я понимаю — я говорю все время о научно-историческом взгляде, даже если и на современность, а Ваш взгляд, скорее, общественно-политический; я пытаюсь понять, уложить в голове, а Вы предостерегаете.

[ushastyi.livejournal.com]

Я исхожу из того, что любое убийство -- это плохо, если только оно не спасает от гибели большее количество других людей. Это не только этическая, но и биологическая точка зрения. Современная этика, которая высоко ценит человеческую жизнь, -- это результат эволюции, направленной, как и положено, на выживание и распространение homo sapiens sapiens. Так мне кажется.

Вы правы, что я воспринимал Ваши научно-исторические возражения именно в общественном ключе. Поэтому они меня несколько возcмущали. Но на мой взгляд, историческая наука тем и ценна, что позволяет изучать закономерности развития общества и лучше понять его настоящее состояние. Говорят же, что история -- наука о прошлом, но устремлена она в будущее.

[ushastyi.livejournal.com]

P.S. Спасибо за ссылку на Иванова-Петрова. Как всегда, глубоко. Не всегда успеваю его читать, да еще с комментариями.

[fregimus.livejournal.com]

Никаких ошибок у Вас не вижу. Верю, что есть, но искать не буду.