Агностик или атеист
May. 13th, 2011 06:28 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kaipaСлучайно наткнулся на коротенькую статью Бертрана Рассела о его мировоззрении, которую можно процитировать почти целиком. Ход его мыслей весьма интересен. Основная посылка в том, что абсолютно ни в чем быть уверенным нельзя, так как даже самые строгие логические рассуждения базируются на субъективном фундаменте или включают в себя субъективные "элементы" (в конце концов наш способ мышления сам по себе субъективен). Однако есть вещи более или менее достоверные.
Я атеист или агностик?
Я говорю как человек, которому заветом отца было предназначено стать рационалистом. Он был рационалистом в такой же степени, что и я сейчас, но он умер, когда мне было три года, и по решению суда лорда-канцлера я должен был приобщиться к преимуществам христианского образования.
Думаю, впоследствии судьи пожалели об этом своем решении. Получилось вовсе не так, как они надеялись. Возможно, было бы довольно печально, если бы христианскому образованию суждено было исчезнуть, потому что в этом случае неоткуда было бы появляться рационалистам.
Они появляются, главным образом, как реакция на такую систему образования, согласно которой отец вправе воспитать своего сына в духе секты магглтонианцев (1) или забить ему голову еще каким-нибудь подобным вздором, только ни в коем случае не научить его рационально мыслить. В дни моей молодости это рассматривалось как преступление.
<...>
Не будьте слишком уверены!
Вопрос об определении рационализма совсем не из легких. Не думаю, чтобы его можно было определить через отрицание той или иной христианской догмы. Вполне возможно быть полным и абсолютным рационалистом в подлинном смысле этого слова, и при этом принимать те или другие догмы. Вопрос в том, каким путем человек приходит к своим взглядам, а не в том, каково их содержание. Главное, в чем мы убеждены, - это в превосходстве разума. Если логика приводит вас к религиозным заключениям, что ж, хорошо, вы все еще рационалист. Главное, по моему мнению, чтобы аргументы базировались на принятых в науке основаниях и чтобы человек не принимал что-либо как решенное раз и навсегда, а считал лишь в той или иной степени возможным. Не быть абсолютно уверенным и есть, как мне кажется, одна из главных составляющих рационализма.
Доказательство бытия божьего
Существует один практический вопрос, который всегда меня беспокоил. Каждый раз, когда я попадаю за границу, в тюрьму или в иное подобное место, меня всегда спрашивают, каковы мои религиозные убеждения.
И я никогда не знаю, отвечать ли мне <я агностик> или <я атеист>. Это вопрос очень трудный, и я полагаю, что и некоторым из вас он тоже не дает покоя. Как философ, выступая перед аудиторией, состоящей исключительно из философов, я должен был бы назваться агностиком, так как я не вижу решающего доказательства того, что бога нет.
С другой стороны, чтобы создать верное впечатление у обычного человека с улицы, я должен был бы назваться атеистом, так как, говоря, что я не могу доказать отсутствие бога, я должен также добавить, что в равной степени не могу доказать, что богов, описанных у Гомера, тоже не существует.
Ни один из нас не стал бы всерьез рассматривать возможность существования богов-олимпийцев, но все же, если бы вы задались целью логически обосновать, что Зевс, Гера, Посейдон и прочие не существовали, вы сочли бы это адским трудом. Вы просто не смогли бы построить подобное доказательство.
Поэтому, обращаясь исключительно к философам, в отношении богов-олимпийцев я бы назвал себя агностиком. Но перед широкой аудиторией, мне кажется, каждый из нас в отношении этих богов назвал бы себя атеистом. По отношению к христианскому богу я должен, как мне кажется, придерживаться той же логики.
Скептицизм
Степень вероятности и правдоподобия для существования христианского бога та же самая, что и степень вероятности существования богов-олимпийцев. Я не могу доказать, что христианский бог или гомеровские боги не существуют, но я не думаю, что вероятность их существования является альтернативой, заслуживающей серьезного рассмотрения. Поэтому я полагаю, что во всех бумагах, которые я должен в подобных случаях заполнять, мне следует писать <я атеист>, хотя проблема действительно очень серьезная, и иногда я пишу первое, иногда - второе, не руководствуясь при этом какими-либо определенными принципами. Если человек признает, что ничто не достоверно, он должен, как мне кажется, также признать, что какие-то вещи ближе к достоверности, чем другие. То, что мы собрались здесь сегодня вечером, гораздо более достоверно чем то, что та или иная политическая партия может претендовать на истину. Конечно, существуют степени достоверности, и это нужно подчеркивать с большой долей осторожности, потому что иначе можно впасть в абсолютный скептицизм, а такой скептицизм был бы полностью бесплоден и совершенно бесполезен.
Гонения
Некоторые вещи более вероятны, чем другие, и они могут быть вероятны настолько, что не стоит в действительности все время помнить, что они не полностью достоверны, кроме тех случаев, когда доходит до гонений. Если кого-то собираются сжечь на костре за неверие, тогда стоит вспомнить, что, в конце концов, он может быть и прав, поэтому не стоит его преследовать.
В общем, если человек говорит, к примеру, что земля плоская, я искренне желаю, чтобы он мог сколько угодно распространять свое мнение. Он, конечно, может оказаться прав, но я так не считаю. Думаю, что на практике гораздо лучше полагать, что земля круглая, хотя, конечно, мы можем заблуждаться. Поэтому, мне кажется, мы должны ставить себе целью не полный скептицизм, а учение о степенях вероятности.
В целом, думаю, именно в такой доктрине и нуждается мир. Мир переполнен новыми догмами. Возможно, старые догмы пришли в упадок, но возникли новые, а как мне кажется, вред, приносимый догмой, пропорционален ее новизне. Новые догмы гораздо хуже старых.
Источник
В заключение напомню о изящном "Чайнике Рассела", все еще летающем где-то в космосе :)
Я атеист или агностик?
Я говорю как человек, которому заветом отца было предназначено стать рационалистом. Он был рационалистом в такой же степени, что и я сейчас, но он умер, когда мне было три года, и по решению суда лорда-канцлера я должен был приобщиться к преимуществам христианского образования.
Думаю, впоследствии судьи пожалели об этом своем решении. Получилось вовсе не так, как они надеялись. Возможно, было бы довольно печально, если бы христианскому образованию суждено было исчезнуть, потому что в этом случае неоткуда было бы появляться рационалистам.
Они появляются, главным образом, как реакция на такую систему образования, согласно которой отец вправе воспитать своего сына в духе секты магглтонианцев (1) или забить ему голову еще каким-нибудь подобным вздором, только ни в коем случае не научить его рационально мыслить. В дни моей молодости это рассматривалось как преступление.
<...>
Не будьте слишком уверены!
Вопрос об определении рационализма совсем не из легких. Не думаю, чтобы его можно было определить через отрицание той или иной христианской догмы. Вполне возможно быть полным и абсолютным рационалистом в подлинном смысле этого слова, и при этом принимать те или другие догмы. Вопрос в том, каким путем человек приходит к своим взглядам, а не в том, каково их содержание. Главное, в чем мы убеждены, - это в превосходстве разума. Если логика приводит вас к религиозным заключениям, что ж, хорошо, вы все еще рационалист. Главное, по моему мнению, чтобы аргументы базировались на принятых в науке основаниях и чтобы человек не принимал что-либо как решенное раз и навсегда, а считал лишь в той или иной степени возможным. Не быть абсолютно уверенным и есть, как мне кажется, одна из главных составляющих рационализма.
Доказательство бытия божьего
Существует один практический вопрос, который всегда меня беспокоил. Каждый раз, когда я попадаю за границу, в тюрьму или в иное подобное место, меня всегда спрашивают, каковы мои религиозные убеждения.
И я никогда не знаю, отвечать ли мне <я агностик> или <я атеист>. Это вопрос очень трудный, и я полагаю, что и некоторым из вас он тоже не дает покоя. Как философ, выступая перед аудиторией, состоящей исключительно из философов, я должен был бы назваться агностиком, так как я не вижу решающего доказательства того, что бога нет.
С другой стороны, чтобы создать верное впечатление у обычного человека с улицы, я должен был бы назваться атеистом, так как, говоря, что я не могу доказать отсутствие бога, я должен также добавить, что в равной степени не могу доказать, что богов, описанных у Гомера, тоже не существует.
Ни один из нас не стал бы всерьез рассматривать возможность существования богов-олимпийцев, но все же, если бы вы задались целью логически обосновать, что Зевс, Гера, Посейдон и прочие не существовали, вы сочли бы это адским трудом. Вы просто не смогли бы построить подобное доказательство.
Поэтому, обращаясь исключительно к философам, в отношении богов-олимпийцев я бы назвал себя агностиком. Но перед широкой аудиторией, мне кажется, каждый из нас в отношении этих богов назвал бы себя атеистом. По отношению к христианскому богу я должен, как мне кажется, придерживаться той же логики.
Скептицизм
Степень вероятности и правдоподобия для существования христианского бога та же самая, что и степень вероятности существования богов-олимпийцев. Я не могу доказать, что христианский бог или гомеровские боги не существуют, но я не думаю, что вероятность их существования является альтернативой, заслуживающей серьезного рассмотрения. Поэтому я полагаю, что во всех бумагах, которые я должен в подобных случаях заполнять, мне следует писать <я атеист>, хотя проблема действительно очень серьезная, и иногда я пишу первое, иногда - второе, не руководствуясь при этом какими-либо определенными принципами. Если человек признает, что ничто не достоверно, он должен, как мне кажется, также признать, что какие-то вещи ближе к достоверности, чем другие. То, что мы собрались здесь сегодня вечером, гораздо более достоверно чем то, что та или иная политическая партия может претендовать на истину. Конечно, существуют степени достоверности, и это нужно подчеркивать с большой долей осторожности, потому что иначе можно впасть в абсолютный скептицизм, а такой скептицизм был бы полностью бесплоден и совершенно бесполезен.
Гонения
Некоторые вещи более вероятны, чем другие, и они могут быть вероятны настолько, что не стоит в действительности все время помнить, что они не полностью достоверны, кроме тех случаев, когда доходит до гонений. Если кого-то собираются сжечь на костре за неверие, тогда стоит вспомнить, что, в конце концов, он может быть и прав, поэтому не стоит его преследовать.
В общем, если человек говорит, к примеру, что земля плоская, я искренне желаю, чтобы он мог сколько угодно распространять свое мнение. Он, конечно, может оказаться прав, но я так не считаю. Думаю, что на практике гораздо лучше полагать, что земля круглая, хотя, конечно, мы можем заблуждаться. Поэтому, мне кажется, мы должны ставить себе целью не полный скептицизм, а учение о степенях вероятности.
В целом, думаю, именно в такой доктрине и нуждается мир. Мир переполнен новыми догмами. Возможно, старые догмы пришли в упадок, но возникли новые, а как мне кажется, вред, приносимый догмой, пропорционален ее новизне. Новые догмы гораздо хуже старых.
Источник
В заключение напомню о изящном "Чайнике Рассела", все еще летающем где-то в космосе :)
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2011-05-13 11:17 pm (UTC)Боюсь, что не могу представить логически безупречное доказательство существования карандаша, который держу в руке.
Чтобы что-то доказывать, нужно что-то брать за аксиомы, а это так субъективно.
no subject
Date: 2011-05-14 01:11 pm (UTC)