kaipa: (Default)


Выше тизер замечательных лекций Романа Михайлова ([livejournal.com profile] baaltii1), из которых я мало что понял, кроме общего настроя, и стал читать "Алгебраическую топологию" Хатчера, чтобы въехать в контекст.

Это лишь один из многих курсов проекта "Лекториум". Не Crausera, конечно, просто курсы лекций ведущих ученых (например, курс о решении 10й проблемы Гильберта читает сам Матиясевич), с обычно хорошим звуком и изображением. Наибольший интерес (для меня) представляют теоретические курсы по Computer Science от ПОМИ РАН и математике от лабаратории им. Чебышева. Попроще курсы от Computer Science Center, более айтишные, на малоподготовленных слушателей что ли.

В общем, у кого есть время и желание узнать что-то новое в лекционном формате -- рекомендую.
kaipa: (Default)
Иногда ко мне приходят студенты на собеседование. К сожалению, чем дальше -- тем хуже. Нынешние студенты отличаются от даже десятилетней давности (не говоря уж о 15-20) кардинально по нескольким признакам:
- гораздо меньше знают, и вширь, и вглубь
- даже в своей области (специализации) более менее понимают только "как" они что-то делают, но не "что" и "почему"
- ленивы на изучение нового, если они умеют клепать сайтики, то учиться делать что-то сложнее не хотят, зачем?
- не всегда умеют анализировать поставленную задачу
- финансово обеспечены, что является антистимулом к напряганию мозгов

Возможно, что мне просто не везет. Но старшие товарищи говорят, что это тендеция. Бывают счастливые исключения, но они не меняют общую картину. IT компании "стареют". Увы.
kaipa: (Default)
russhatter: -- Мы оба знаем, как сдувался шарик и что он сдулся. Меня, скорее, интересует вопросы не о том, как и почему оно сдувалось, а можно ли его опять надувать, при чём с уровнем затрат, несопоставимым с прежним.

ushastyi: -- Чтобы понять, как заново надувать шарик, на мой взгляд, надо понимать какие шарики бывают, чем их надували раньше, почему они иногда сдуваются.

Некоторое время назад в подзамочном посте [livejournal.com profile] russhatter у нас с ним произошел небольшой разговор о том, почему практически все изобретения и успешные компьютерные технологии в IT делаются в США, сравнительно мало в Европе, и почти ничего в России. Причем, понятно, что во времена СССР в военной и оборонной промышленности изобретений и успешных технологий хватало, особенно стоит выделить разработки Института точной механики и вычислительной техники имени С. А. Лебедева РАН (ИТМиВТ) и ИПМ им. М.В. Келдыша РАН. Но этот научный и образовательный потенциал оказался совершенно неконкурентноспособным в 90е-00е, и практически никто из талантливых советских и российских инженеров, не важно, остались ли они здесь или уехали на Запад, ничего нового и успешного сам не придумал, хотя их руками сделано или доведено до ума много технологий.

Это кажется странным. Я это объясняю тем, что в СССР наука делалась в НИИ, а в США -- в Университетах. Причем, НИИ получали государственный заказ, обычно на решение далеко не тривиальных задач. И это мы умеем очень хорошо, когда есть цель, когда надо решить нетривиальную задачу с ограниченными ресурсами. В США же наука в основном -- это свободный поиск, который делается в университетах руками студентов, пост-доков. Если в результате этого поиска появляется идея, то всегда поблизости есть люди, которые очень хорошо умеют превращать идею в инновацию. Эдисон велик не как изобретатель, а как тот, кто сделал многие изобретения практически применимыми. Джобс велик не потому, что он что-то придумал, а потому что он понимал и знал, как свои идеи сделать продуктом и даже как под свои идеи создать рынок. Америка вся в этом -- в практичности.

Оставшиеся без цели инженеры и научные сотрудники были быстро подхвачены джобсами и эдисонами. Даже если наши люди "там" что-то придумывает (а они придумывают, и много), все лавры достаются тем, кто превращает их идеи продукты.

Вроде бы с причинами того, почему шарик сдулся, понятно. Так как их надували раньше и как же это сделать в сегодняшней действительности? Ответ на этот вопрос далеко нетривиален, и мне кажется лучше всего суть проблемы (не ответ, именно суть проблемы) видит С.Г.Кара-Мурза. Процитирую с небольшим сокращениями наиболее характерный отрывок:

Так получилось, что за последний год я был на многих совещаниях [по вопросам развития образования и науки] в «мозговых центрах» и властных структур, и «системной оппозиции». Они с уважением приглашали, слушали, просили почитать их концепции и программы, дать свои замечания. <…> Но что мне кажется важным – во всех прочитанных и выслушанных концепциях, независимо от их политических или идеологических установок, я видел одни и те же провалы и ошибки. <…>

В этой короткой заметке неуместно разворачивать систему ошибок, которые я имею в виду. Скажу об одной общей особенности: тексты, которые излагали концепции и программы, всегда исходили из какой-то цели, опирающейся на определенные ценности (самые разные – от социальной справедливости до неолиберальных). Но эта цель никак не была привязана к российской реальности и к тем очевидным ограничениям, которые накладывает эта реальность. Спрашиваешь: а какой социальный субъект поймет и примет к исполнению Вашу программу? Никто не отвечает! Иногда соглашаются: «Да, такого субъекта в наличии нет, его уничтожила реформа. Но мы мы говорим, куда надо двигаться, а возрождением этого субъекта будут заниматься другие ведомства…».

Так не бывает! Когда в 20-30-е годы начинали программы – создания авиации, атомную и пр., – лидеры этих программ представляли их как системы. Это были не абстрактные модели, а совокупность взаимосвязанных задач, для решения которых надо было произвести средства из доступных отечественных материалов. И первым делом принималась доктрина создания той социальной и культурной общности, которая и будет выполнять программу – организации ПТУ, техникумов и вузов, обучения и воспитания рабочих, инженеров и конструкторов, установления их тесных и прямых связей с учеными, военными, поэтами и кинорежиссерами, не говоря уж о создании социальных условий. Все это и Генеральные конструкторы, и Курчатов обсуждали со Сталиным, вплоть до бытовых деталей, потому что «выращивание» социального субъекта крупной программы было чрезвычайной и самой сложной задачей.


То есть по мнению Кара-Мурзы, проблема науки в том, что ей в сегодняшней действительности просто некому заниматься. А чтобы было кому, необходимо выстраивать систему непрерывно с детских лет и до зрелого возраста, эта система должна включать не только образование и науку, но и всю социальную инфраструктуру, которая с этим связана. Именно это было разрушено в 90е, и именно поэтому талантливые инженеры и выпускники математических ВУЗов оказываются как бы в вакууме и вынуждены либо уезжать, либо заниматься решением не самых сложных задач.

В общем, чтобы по-настоящему надуть шарик, необходимо привести в соответствие цели и средства. Единичным энтузиастам это, увы, не под силу.

Школа

Aug. 26th, 2013 06:58 pm
kaipa: (Default)
Отрадно видеть, что в опубликованном на днях рейтинге столичных школ, моя родная гимназия 1514 на 5м месте, а сильнейшие физмат-школы №57 и №2 -- на втором и третьем соответственно.

Есть школы, которые любят потом )
kaipa: (Default)
Очень хорошая статья на "Однако". Основная мысль в том, что образование -- это отрасль промышленности. Оно производит человеческий капитал или ресурс, назвать можно как угодно. Который в свою очередь используется уже в настоящем производстве. Можно назвать это "человекостроением". Из этого утверждения вытекает много разных следствий, а именно:

- Образованием обязано заниматься государство, это внерыночное производство. Никакой рынок не может прогнозировать, что будет через 15-20 лет, а именно столько времени человек учится. Задачи образованию ставит государство в соответствии с интересами своего (государственного) развития.

- Если человеческий капитал в избытке по отношению к задачам промышленности, то его "качеством" можно пренебрегать.

- Если человеческого капитала мало, то его качество должно быть максимально высоким.

- Для получения максимального качества человеческого капитала, образование обязано быть фундаментальным и всесторонним. Это дает наибольшую гибкость и свободу маневрирования ресурсами, так как, см. выше, спланировать потребность в специалистах на 15-20 лет вперед практически невозможно.

- Советская школа довела до абсолюта идею немецкой классической гимназии в плане воспроизводства очень качественного человеческого капитала, годного для решения абсолютно любых задач (почти). Чтобы этот человеческий капитал "не простаивал" его необходимо постоянно подпитывать амбициозными задачами. Иначе он "утечет".

- Государству, не ставящему перед собой амбициозных задач, человеческий капитал такого уровня не нужен и даже вреден.

"Великие цивилизации не строятся персоналом. Они строятся только личностями." (с)

Сюда тесно примыкает еще одна статья-продолжение того же автора, где он делает еще несколько выводов.

- Так как человеческий капитал -- это важный государственный ресурс, то для его производства допустимо и необходимо использовать методы принуждения, и не отдавать его на откуп ни родителям, ни тем более "свободному выбору" ребенка. Грубо говоря, образование -- это насилие над человеком (насилие понимается как принуждение вопреки естественности), так как тяга к знаниям и всестороннему развитию не входит в число врожденных человеческих инстинктов.

- Парадокс -- свободно мыслящая личность может быть "выращена" только в очень жестких условиях (внутреннего или внешнего ограничения). Советская школа заставляла учиться, и мы ей за этой благодарны. Многие одаренные дети учатся с перерывом на короткий сон, это чистой воды насилие над собой с точки зрения базовых потребностей. Психологи: если не "заставить" ребенка тем или иным способом учиться в возрасте 7-10 лет, то в более позднем возрасте исправить ошибку уже нельзя.

- "«Лишние» знания – это комплекс системных фундаментальных естественнонаучных и гуманитарных представлений о мире, тот самый интеллектуальный инструментарий, который позволяет человеку бесконечно познавать и изменять этот мир и себя в нём, и, следовательно, делает его свободной личностью." -- "лишние" в кавычках, потому что они считаются лишними ребенком (студентом, родителями и т.д.), не понимающим смысла непрофильного обучения.

Все это, кстати, очень хорошо согласуется с тем, что писал об образовании Вернер Гейзенберг -- представитель немецкого классического образования.
kaipa: (Default)
На ленте функциональщиков пару недель назад промелькнула статья Майкла Фрэнсиса Атийя "Как выполняется исследование", довольно сносно, хотя и не без шероховатостей, переведенная с английского [livejournal.com profile] beroal, за что ему большое спасибо. Вероятно, статья адресована студентам-математикам и довольно кратко, но емко характеризует что, как и зачем делают математики в своих исследованиях. Пересказывать не буду, лучше прочитайте, но процитирую вывод автора -- на эту сторону математических исследований редко обращают внимание:

"Уплотнение математических знаний есть единственный способ, который даёт возможность нашим последователям усваивать знания и продолжать наше дело."

Для меня эта статья сверкнула контрастом к другой статье, о том кто, как и зачем добивает нашу систему образования, подсмотренную у Анатолия Вассермана, где речь идет отнюдь не об уплотнении знаний, а совсем даже наоборот.
kaipa: (Default)
С большим интересом и тревогой прочитал научный анализ ЕГЭ, проведенный учеными из ИПМ: http://nonlin.ru/articles/ege

Помимо разбора недостатков ЕГЭ, в том числе с анализом доступной статистики, они предлагают и конкретные пути его изменения.

Я уже не раз писал о кризисе образования, как я его вижу со стороны. И вышеуказанная статья -- не голословное тому подтверждение. Образование -- это будущее. И тем тревожнее видеть, как оно намеренно или ненамеренно разрушается. Приведу еще один невеселый пример, из этого года.

Как известно, ЕГЭ позволил абитуриентам подавать документы во много вузов сразу. И ВУЗы до конца августа не знают, сколько у них студентов. В моем Жуковском есть факультет физтеха -- ФАЛТ. Десятки лет готовил специалистов для авиационной науки. В 70е годы курс набирал 100-120 человек, в последнее время -- около 60. В этом году по предложению декана ввели новую специальность -- то ли информатика, то ли вычислительная математика, не суть. Основное ее отличие с точки зрения абитуриента -- это нет вступительной физики (это на физтехе-то!), и вообще физики существенно меньше, чем на других специальностях. Многие физтеховские преподаватели считали новую специальность популизмом и т.д. На нее, конечно, был бешенный для физтеха конкурс -- 4 человека на место, физики боятся многие. В то время как на "традиционные" специальности -- хорошо если 1. Но это было в середине лета. А в конце августа оказалось, что студентов пришло так мало, что курс едва набирает 50 человек. Из которых 18 -- на новой специальности. Если бы ее не было -- то осталось бы всего 32-35!!! "Популистское" решение декана оказывается спасительным. А виной во многом ЕГЭ. Если физика необязательна для поступления, то зачем ей заниматься. А если ей не заниматься, то зачем идти в физический ВУЗ. Интересно, как обстоят дела в "большом" физтехе и на физфаке МГУ.
kaipa: (Default)
"Образование -- это то, что остается, когда забыли все, чему учились."

В предисловии к своей книге "Шаги за горизонт", которую я сейчас имею удовольствие читать вдали от жары и лесных пожаров, Вернер Гейзенберг пишет о роли гуманитарного образования в естественных науках и в Западной цивилизации вообще. Классическая гимназия, которую он закончил, учила, прежде всего, гуманитарным дисциплинам: истории, языкам, философии, музыке, литературе. А отец был преподавателем истории Византии. Именно классические дисципилины (и это пишет великий физик) формируют личность, которая, прежде всего, способна ставить правильные вопросы. А правильный вопрос -- это пол-ответа. Гейзенберг стал заниматься атомной физикой из-за... Платона. Именно Платон в одном из своих диалогов, рассуждает о делимости материи и атомах. Платоновские атомы оказываются правильными многогранниками, и хотя это далеко от реальности, Платон тем не менее интуитивно ухватил суть: атомы уже не вещи, это структуры. Атомная физика построена на нескольких группах симметрий, что идеей похоже на многогранники. Ничего этого тогда известно, конечно, не было, но интерес к проблеме строения атома оказался так высок, что Гейзенберг стал заниматься в 20 лет теоретической физикой в Мюнхенском университете с нуля, в 22 работал вместе с уже знаменитым Нильсом Бором, в 25 открыл "принцип неопределенности", в 26 вместе с Нильсом Бором и рядом других ученых прочно обосновал квантовую механику, за что в 31 получил Нобелевскую премию. Стремительный взлет с прочного фундамента гуманитарного образования. Уважение к грекам, которые одной только силой мысли часто схватывали суть устройства мироздания, он пронес через всю жизнь.

Современное деление на "математические" и "гуманитарные" классы едва ли обосновано. "Математики" теряют существенную часть общеобразовательного фундамента, в то время как "гуманитариям" не преподается с должным вниманием логика и геометрия, развивающие строгость мысли. И тенденция специализации, к сожалению, усиливается.

На эту тему еще можно порассуждать, но в другой раз.

Profile

kaipa: (Default)
kaipa

April 2017

S M T W T F S
       1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 04:44 pm
Powered by Dreamwidth Studios